Codein напиток Lean (лин) Озёрск

Я прикипел к дивану, на параходах закладки кружили. Вся комната дымилась, по воздуху плавали нитки пара, словно электросамокаты в пиксельных играх. Красная лампа лениво мигала, как эгоистичное солнце, которое не торопится осветить окружающий мир. За окном ночь уже давно завладела городом, проникала сквозь трещины в шторах и поглощала все вокруг. Чувствовалось, что сейчас наступит момент, когда вселенная взорвется от этого безумного забавного путешествия в мир закладок и наркотических галлюцинаций. В руке у меня была табакерка, наполненная свежим кодеином. Я сжал ее в ладони и заставил ее сотрястись. Закрыл глаза и представил себе, как эта магическая субстанция начинает овладевать моим телом. Глотнул дыхание и позволил пероральному употреблению причаровать меня. Покуривать настолько сильно, что даже душа затянула бы, словно последний окурок перед светофором. И вот я уже в другом мире, с шутливым баяном в артерии и каменной маской на лице. Электросамокат у меня под ногами, он двигался в такт каждого моего пятка. Пятка, которую я колол, чтобы продлить свое пьяное состояние. Каждый раз, когда я ускорялся на электросамокате, мой мозг ощущал, как будто он начинает взрываться от энергии и безудержного веселья. Проезжая мимо фонарных столбов, я видел свою тень, которая всегда догоняла меня. В тени скрывались демоны прошлого, те мгновения, которые я уже утратил, но по-прежнему они способны трясти моими нервами. Колючие острые иглы памяти вонзались в мою плоть, заставляя кровь биться быстрее и сильнее. Я ехал по городским улицам, словно главный герой в гангстерском фильме, где каждый поворот может стать последним. Мое сердце колотилось в такт биту музыки, которую я слышал только я. Огни фонарей растекались по асфальту, как потеки свечи, когда она плавится и овладевает сердцем. Мне нравилось быть на электросамокате, потому что на мгновение я чувствовал свободу. При каждом повороте я ощущал, как эйфория охватывает меня полностью. Меня трясло от счастья, я был вне себя от радости. Все проблемы растворялись в этой ночной капле кодеина, окутывая меня своим загадочным облаком. Но даже в этом мире наркотического экстаза я не мог избежать мыслей о последствиях. Они проникали сквозь закуренные окна моей души и напоминали о том, что с каждым вдохом я отдаю частичку себя. Но на секунду я отодвигал эти мысли в сторону, и раскрывался как цветок во мраке. Я кружил по городу, уклоняясь от света ламп, словно непокорный мотылек, который готов сжечь крылья ради нового пути. Но всегда наступал момент, когда закуривала последняя папироса, и я оставался один на холодной улице. Звуки темной ночи поглощали меня, затягивали в пучину тишины, в которой я оставался лишь набором слов и эмоций. Они дают мгновенный эффект, но забирают гораздо больше взамен. Они уводят меня в мир фантазий и галлюцинаций, где я теряю контроль над своей жизнью. Я становлюсь рабом своих собственных желаний. И вот я стоял на закате города, когда солнце только начинало распространять свой бледный свет. Все закладки и баяны уже давно исчезли, остался лишь настой горькой реальности. И я закрыл за собой дверь этого мира, оставшись один на краю забвения. У меня осталось только одно – вспомнить эти моменты, чтобы больше никогда не вернуться в эту тина из наркотической адреналиновой суеты.

Сушняк, детка, сушняк!

Дай я тебе расколдую, как я недавно посмотрел крутой фильм, только закладки и дурь!

Был такой день, мамаша не дала бабки, а мне уже марцовка мутится, так что решил я схожу в кино да вживу себе закладку. Замутить быстро, изи, так что решил я накидать текстик на Слушай.ру и найти своего дилера.

"Куда пойти киношку глянуть? Давайте релизы офигенные, народ!"

И внезапно, тип на подъеме бухает, меня берет жажда в лице сушни, и я получаю ответ от дилера с ником Кодин.

"Ай, Кодин, мои маны, что ты знаешь про киношки?"

Кодин: "Блатной, знаю ахуенчик! Дай бабки, я быстро закладки замутю!"

"Да иди ты, тип! Деньги я тебе только после закладки дам!"

Кодин: "Окей, тебе братана, схему пропишу, иди сам сходи и поделись, потому что ты мой братик!"

Итак, я получаю от Кодина горячую инфо на свой мобильник. Чемоданчик взял, наркоманские признаки накатили, и я в путь, цепляясь за любую сучку, дабы не упасть куда-нибудь вещами помятся.

Стриты, траффик, все как обычно. Додумался я, приехал, но нигде не найду своих копеек, чтобы билет взять, да и боюсь, что дурь из кармана выпадет. Решил, что медитацию подреже надо бы попрактиковать, окунуться в глубокие размышления и подумать, что делать дальше.

И вот, стою, глазею, а тут какой-то дубосы из-за угла на меня выпилывается.

Дубос: "Че братуха, что ты глазишь? Го на киношку меня сходить!"

"А что у тебя за фильм, мой друг?"

Дубос: "Огонь, братишка! Дутый новый, со смыслом на фиг бред! Давай, пошли!"

Я решил, что нужно согласиться, дружба дружбой, а дурь всегда дурь, даже если не в моих закладках.

Закладка брата	Кодинчик типа	Дубос главный
Фильм пушка	Турбосухняк	Огонь новый

И так, мы с Дубосом вместе ишаками дальше шли, братаны стали. Он даже поделился сушней из своего запаса, чтобы моя жажда не сдала.

"Спасибо, дружище! Давай вместе глянем эту дурь!"

Походка у нас была такая, будто вихрем завихренные зори, разбудившие нашу дремучую жопу, мы ступали по пыльным проспектам, катая в руках бесценные закладки, дабы открыть Кодину долбаную пропашку и накатить на яркий свет, такой же яркий, как наше будущее.

Но всю эту муру мы обеднели от принцев и базарных друзей, которые пытались увести нас в крокодиловые прогибы. Но крутые мы, и как живые мерцая мерцуем, чтобы втянуть их в нашу дурь, чтобы она заполнила каждый щелчок нашего сердца, каждую линию на руке и каждый намек дождя, падающего на наших лицах.

И вот, вся дичь уже дышит рядом, кинотеатр какой-то, маленький, а внутри уже полно духоты и запаха всякой прочей марцовки, что не выдохнуть. Медитируем, чтобы не слиться, и входим.

Кресла жутко удобные. Жуют глаза, ярко освещенный экран крутится, и фильм начинается. Рвут зомби кого-то там, и рэперы просто мутят свою дурь. Чувствую, как закладки плавятся, но как же ясно стало, что эту медитацию и этот мир смогу себе выдать.

"Братан, а че, изи, накатить на дурь еще?"

"Да, но ночь уже аш хуй и дурь сейчас смутится, очень смутится. Но давай попробуем!"

И мы выходим из кинотеатра, улица душная и мутная, а закладки плавятся все меньше. Но приходит идея, и я подбегаю к дубосной поезде, кладу на шпол и беру свой форсунчик.

"Че ты делаешь?!"

"Дубос, мы сделаем кодинчик, чтобы долго дурь катить!"

Дубос: "Братишка, ты охуеть какой красавчик! Я с тобой!"

И вот мы, закладки и марцовка в руках, обводим форсунчиком по пластиковой трубке, а кодин стекает в ампулу, чтобы давно жажду эту утолить. Берем шприц и...

ТУТ БЫЛО ОТРЫВНОЕ МЕСТО, КОТОРОЕ БЫЛО ВЫПИЛЕНО ЦЕНЗУРОЙ.

Паранойя, марцовка, дурь, все смешалось, и мы в этой дурной смеси прошлись в нирвану. Все мутится, мой мир исчезает, а вместо него остается только безумный вихрь моей души.

Все плавно светится, сверкает и исчезает. Все идет наружу и уносит. Все оставляет

нас с марцовками и закладками, в этом безумии и пустоте, в этом стремлении искать, создавать, находить, извлекать из недоступа и наконец уничтожать.

Фин.